"Если в семье не приучили смывать после себя в туалете – виновата школа?" Игорь Ликарчук показал другую сторону проблемы с украинским языком среди детей

Бывший глава Украинского центра оценивания качества образования Игорь Ликарчук указал на проблему украинского общества. В частности, на фоне недавнего скандала вокруг украинского языка в Киеве значительное количество пользователей сети стало обвинять школу в том, что ученики говорят на русском.

В заметке в Facebook Ликарчук подчеркивает, что если ребенка дома не научили правилам гигиены или поведения, то родители обвиняют в этом школу. Но проблема заключается вовсе не в учебном заведении, уверяет образовательный эксперт и называет главные факторы, которые влияют на то, на каком языке общаются подростки.

"Как быстро общество сделало привычное движение: показало пальцем на школу. Опять учитель виноват. Опять директор недосмотрел. Опять школа "не справилась". Знаете, господа, это уже даже не аналитика, это – инстинкт. Если в семье не приучили смывать после себя в туалете – виновата школа. Если дети не знают элементарных правил поведения – школа. Если не умеют общаться – школа. Если общаются на русском – школа", – написал Ликарчук.

Он отмечает, что ребенок приходит в школу как "готовый продукт семьи, улицы, двора, смартфона и домашней культуры". Поэтому если большое количество подростков общается на русском – это потому, что школа не смогла переломить то, что сформировали родители и среда. Ведь среди всего, что окружает подростков, школа – маленький островок, который не способен переломить влияние семьи, соцсетей, YouTube, ТикТока,и всей среды вокруг.

"Школа не вытягивает, потому что сама не имеет такого авторитета и силы. И в этом контексте слова Андрея Кокотюхи – не грубость. Это о бессилии учительства. Мысль, что учитель должен перекрыть TikTok, семью, дворовые компании, YouTube, лингвистический микроклимат улицы микрорайона и при этом вовремя заполнить журналы, танцевать перед ребенком, мамами, проверяющими, – это не ожидания. Это издевательство", – добавляет образовательный эксперт.

Именно поэтому сейчас людей должно беспокоить не то, что сделала или не сделала школа для того, чтобы все дети разговаривали на украинском, а что происходит с языковой культурой семьи и общества в стране, которая воюет. По его словам, вина школы также в этом есть, однако она не так велика, как утверждают, ведь учебное заведение не виновато, что ученик говорит на русском.

Указывая на то, в чем виновата школа, Ликарчук отмечает, что учебные заведения годами боялись четкой позиции и прятались за нейтральностью, чтобы не конфликтовать с родителями. Так, например, школа позволила, чтобы украинский язык стал языком уроков, но не языком жизни школы. Однако, даже установив правила языкового режима, учебное заведение не может наказать нарушителей, потому что в арсенале учителя, кроме воспитательной беседы, ничего нет.

Педагог также отмечает, что его коллеги превратились в "поставщиков образовательных услуг", где учитель – "поставщик", а ученик – "получатель", однако не образования, а именно услуг, поэтому школьные преподаватели вынуждены выполнять прихоти "клиента", в том числе и в языковом вопросе.

Ответственность за язык лежит не только на родителях и школе. Так, например, в государстве нет кадровой политики языкового возрождения, образовательных курсов для укрепления языковой культуры учителя или образовательной стратегии государства на развитие украинской национальной школы. Ликарчук подчеркивает, что детей готовят к "жизни в меняющемся мире", однако не ориентируют на подготовку к жизни в суверенном, самодостаточном государстве, которое необходимо защищать и отстаивать, в том числе и на украинском языке.

Кроме того, часть образовательных инфлюэнсеров начали говорить о том, что из школьной программы нужно изъять классическую украинскую литературу, ведь она о селе, бедности и нищете. Однако интеграция в один предмет истории Украины и мировой – это то же самое. Педагог говорит, что вместо укрепления предметов, которые формируют идентичность украинцев, эксперты занялись "новомодными дисциплинами" и "компетентностными забавами".

Проблемы есть и с Национальным мультипредметным тестом, который проверяет знание правил и оценивает не украинскость, а пунктуацию. По мнению Ликарчука, язык – это не грамматика и количество упражнений в школьном учебнике, а экосистема.

"И теперь мы удивляемся и возмущаемся, что дети в Киеве общаются на русском. Серьезно? Язык – это не грамматика и не количество упражнений в школьном учебнике. Язык – это экосистема. И государство эту экосистему не строило. Школа ее не защищала. Семья ее не передавала. Среда ее не поддерживала. Поэтому не нужно делать школу козлом отпущения в языковом вопросе. Это не вина школы. Но это и не невиновность школы. Это вина целого поколения государственных политиков и руководителей образования, которые любили красивые лозунги, но боялись четких решений", – отмечает образовательный эксперт.

Он подчеркивает, что в языковом вопросе нужно начинать не со школы, а с государственной политики и семейной культуры, ведь учебное заведение не создаст языковую норму с нуля.

Ранее OBOZ.UA рассказывал, что в Украине предложили ввести платное обучение для детей, которые не владеют украинским языком.

Только проверенная информация у нас в Telegram-канале OBOZ.UA и Viber. Не ведитесь на фейки!