Детсады по 70 тыс. грн, младенец за рулем и никто не говорит: "Я тебя заберу!" Интервью с украинкой об образовании и воспитании в Индии и Омане

Украинка Анна Налакат за свои 36 лет успела пожить в Бахрейне и Омане, а также побывать в Индии, однако воспитывает пятилетнего сына как патриота Украины и мечтает вместе с семьей вернуться на Родину. Ее тайный приезд домой, ставший абсолютным сюрпризом для родных, тронул пользователей соцсетей, а трогательное видео буквально за несколько дней набрало почти 300 тысяч просмотров в Threads и Instagram.

В интервью OBOZ.UA Анна рассказала о детских садах и школах в Омане, раскрыла неожиданные факты об арабских родителях и объяснила, почему дети из Индии так часто попадают в Книгу рекордов Гиннеса. Насколько сложно строить семью с мусульманином, какой невероятной чертой поразили ее индийские свекры и как за границей привить сыну любовь к Украине – в первой части нашего разговора.

– Аня, у тебя уникальный опыт: ты родилась в Украине, жила в Бахрейне и Омане, а замуж вышла за индийца. Где, на твой взгляд, отношение к детям лучше всего и какие основные различия в подходах к воспитанию ты заметила?

– Я была очень удивлена, что арабы и индийцы позволяют малышам сидеть на столах в заведениях даже в обуви. Думаю, это о многом говорит. Здесь никто и глазом не моргнет, если ребенок плачет или валяется на полу, не скажет: "На тебя же люди смотрят!". Не подойдет какая-то посторонняя дама с угрозой: "Я тебя сейчас заберу!". Дети чувствуют себя свободно. Незнакомцы спокойно могут погладить малыша по щечкам или угостить сладостями, даже совсем кроху. Но все это делается с добрыми намерениями – никто не раздает непрошенных советов, как это часто бывает у нас.

Что касается воспитания детей, то дома, в Украине, люди как-то более сознательны. Здесь малыши лакомятся картошкой фри, едва начав ходить, и засыпают с телефоном в руках гораздо раньше, чем у нас. Вполне нормальна такая картина: арабская семья в машине, где младенец сидит на коленях у водителя, или же окна открыты, а из них выглядывают дети. О безопасности и автокреслах здесь даже не слышали.

Индийский подход к воспитанию несколько иной и чем-то напоминает наш. Родители более строгие и до сих пор могут прибегать к телесным наказаниям. При этом в стране очень качественное образование. Из-за большого количества населения возникает конкуренция, и каждый пытается найти свое место под солнцем. Они действительно фанатично учатся, поэтому обладают колоссальным уровнем знаний.

– Мы с тобой выросли на советских стереотипах вроде "не высовывайся", "мальчики не плачут", а "женщина – хранительница семейного очага". Что ты можешь сказать о подобном гендерном разделении в странах, где ты жила?

– Мой регион проживания – пожалуй, самый яркий пример гендерного разделения ролей, ведь обычно женщина здесь остается дома с детьми. Но за этим скрывается огромное "НО". Жизнь местной женщины далека от мифов, которые мы привыкли слышать. Этоотнюдь не угнетенная домохозяйка без права голоса, которая не видит белого света.

Арабские женщины чрезвычайно ухожены – всегда накрашены, с дорогим шлейфом духов и эффектным внешним видом. Они не работают не из-за запретов, а потому, что у них нет желания или необходимости, и это принципиальный момент. Более того, в большинстве семей есть домработницы, которые берут на себя все бытовые дела: от приготовления еды и уборки до присмотра за детьми. Так что картина на самом деле вовсе не плачевна, а наоборот – вполне комфортна.

Когда мы с сыном приходим в игровую комнату, я почти всегда оказываюсь в меньшинстве. Дело в том, что с детьми здесь играют либо няни, либо родители. Папы в Бахрейне и Омане очень активно гуляют с малышами, и это сильно контрастирует с Украиной, где на детских площадках мы привыкли видеть преимущественно мам.

Что касается карьеры, то время идет, и ситуация меняется: все больше женщин стремятся работать, а власти Бахрейна и Омана всячески этому способствуют. Существуют определённые должности, которые могут занимать исключительно граждане страны, и заработная плата на них выше. Кроме того, каждая компания обязана иметь определенный квотой процент местных сотрудников. В Бахрейне такую политику начали проводить раньше, а Оман только недавно встал на путь активного привлечения своих граждан к работе. Единственное, если говорить объективно, им еще нужно немного поучиться профессиональному этикету. Молодая оманка может без всякого предупреждения просто уйти с работы пораньше, потому что ей так захотелось (смеется).

– Аня, как ты вообще оказалась за границей? Насколько я знаю, высшее образование ты получила в Украине.

– Я окончила Киевский национальный университет имени Тараса Шевченко по специальности "английский язык и зарубежная литература". Моим вторым языком был нидерландский, поэтому на втором курсе я поехала на лето в языковую школу в Бельгии. Помню, как вернулась домой и сказала: "Там, конечно, классно, но из Украины я не уеду никогда" – так сильно мне хотелось обратно! А тут – 2018 год, и я в Бахрейне, рядом с мужем. Я сопротивлялась изо всех сил, потому что вообще не хотела иметь партнера-иностранца и куда-то уезжать, тем более в Бахрейн – я даже не знала о существовании такой страны! Но судьба распорядилась иначе (смеется).

– Сейчас вы с семьей живете в Омане, где ваш сын ходит в детский сад. Расскажите, пожалуйста, подробнее о дошкольном образовании.

– Дошкольное и школьное образование в странах Персидского залива – удовольствие очень дорогое. Конечно, существуют государственные учреждения, где для граждан обучение бесплатное, а для иностранцев – стоит недорого. Однако преподавание там ведется исключительно на арабском языке. Большинство экспатов не знает этого языка, ведь языком повседневного и делового общения является английский.

За ясли мы платили в среднем плюс-минус 17 тысяч гривен. Сейчас плата за детский сад составляет 22 тысячи гривен – это средняя цена для здешних школ. Говорю "школа", потому что детский сад работает непосредственно при ней, и после его окончания ребенок просто автоматически переходит в первый класс.

С каждым годом обучения цена растет: следующий класс всегда дороже, чем предыдущий. Стартовая стоимость начинается примерно от 7 тыс. гривен в месяц. Например, индийские школы в Омане сравнительно недорогие, качество образования там отличное, но поскольку наш ребенок – "микс", я хотела, чтобы вокруг были дети разных национальностей. Мне важно, чтобы сын видел: мир не так узок, как может показаться, и какое-то одно правило не является аксиомой на всю жизнь.

Здесь много разных национальностей. Больше всего экспатов (это люди, имеющие гражданство одной страны и работающие по контракту в другой. – Ред.) – из Индии, Пакистана, Филиппин и Бангладеш, тогда как украинцев официально зарегистрировано всего 400. И это по всему Оману. Индийцев здесь так много, что порой создается впечатление, будто мы не в Омане, а в самой Индии.

– По какому графику работают детские сады? Что тебя больше всего поразило? Украинки в Англии, Южной Корее и Ирландии, с которыми мы общались, поразили нас информацией о том, что там в детских садах нет дневного сна, а дети, если устали, ложатся на матрасы прямо на пол.

– Сразу скажу, что учебные заведения в Омане кардинально отличаются от украинских. Здесьмалышей можно отдавать в ясли уже с трех месяцев. Такая роскошь, как трехлетний декрет, местным женщинам неизвестна: три месяца – и на работу.

Ясли открываются в 06:30. Детские сады обычно работают с 07:30 до 13:00, реже – до 15:00, а уроки в школах заканчиваются примерно к 14:00. Оставить ребенка до 17:00 или 18:00 можно, но за отдельную плату. Да и то такая услуга есть лишь в немногих заведениях. Поэтому как здешние мамы работают на полную ставку – я и понятия не имею. Разве что с ними живут няни.

В яслях у сына не было фиксированного времени для дневного сна: кто когда хотел, тот и спал. У каждой семьи свой ритм, и к этому здесь относятся с пониманием. Наш сын наотрез отказался засыпать в группе, поэтому в 13:00 мы забирали его домой на "тихий час". В яслях, куда ходил Дамир, была оборудована комната с кроватками, где дети могли поспать, но, насколько я понимаю, такое есть не везде. В детских садах дневного сна нет вообще.

Почти каждое учебное заведение имеет свои автобусы и подвозит детей, даже самых маленьких. Это отдельная услуга, и суммы там, насколько я слышала, немалые – в некоторых случаях трансфер может стоить дороже самого обучения. Однако точных цифр назвать не могу, так как сама отвожу и забираю сына. В этом регионе общественного транспорта практически нет – люди передвигаются либо на собственных машинах, либо на такси.

– А какое питание в детском саду?

– Питание – это отдельная история. На обед каждый день подавали рис, менялся разве что вид мяса. Также в меню регулярно появлялись картошка фри и наггетсы, поэтому я приносила сыну домашнюю еду. Однако далеко не все заведения обеспечивают даже такой обед, поэтому ланч-боксы – очень распространенная практика. В более дорогих детских садах западного типа меню значительно лучше, но и стоимость обучения там начинается от 35 тысяч гривен и может достигать 70 тысяч в месяц.

– Когда в Омане отправляют детей в школу? Мальчики и девочки здесь учатся вместе?

– С 5,2 лет ребенок уже может пойти в первый класс. Если речь идет о международных школах, то все зависит от того, по какой программе они работают – британской или американской. Дамир мог бы уже в августе пойти в первый класс, но мы специально отдали его в младшую группу детского сада при этой школе, чтобы он начал обучение чуть позже, а не в пять лет. Каникулы, конечно, в каждой школе свои – в соответствии с программой. В нашей, например, обучение длится до 2 июля, а новый учебный год начинается уже 23 августа.

Всего в Омане 12 классов, которые делятся на базовое образование (1–10 классы) и среднее (11–12 классы).

Интересный факт о государственных школах: с 1 по 4 класс мальчики и девочки учатся вместе, а с 5 класса их разделяют. При этом учителями в 1–4 классах могут быть только женщины.

– Есть ли вообще какая-то разница между государственными и частными учебными заведениями в Омане?

– Это два совершенно разных подхода. Даже в Омане не все отдают детей в государственные школы. Во-первых, родители стремятся, чтобы дети хорошо знали английский язык, что вполне реально в частных учебных заведениях. Во-вторых, современные и открытые семьи хотят, чтобы мальчики и девочки учились вместе.

– Что надевают дети в школу? Есть ли какая-то специальная форма?

– Да, школьная форма вводится с детского сада, в яслях (nursery) ее нет. У каждой школы своя форма. Форма – это не просто одна футболка и брюки или юбка. Есть разные виды одежды, скажем так, целая капсула для разных уровней школы. Можно купить шорты, поло, лонгслив, футболку, жилет, бомбер – то есть не обязательно ходить в двух вещах каждый день, их можно менять.

Один день в неделю у каждого класса проходит свой спортивный день: дети приходят в спортивной форме, сшитой специально для их школы. К обуви также предъявляются требования: она должна быть либо черной, либо белой, то есть чтобы все дети были на одном уровне. Для детского сада обувь обязательно должна быть без шнурков – из соображений техники безопасности. Стоимость я бы не сказала, что дешевая: за две рубашки-поло, бомбер, две пары шорт и спортивную форму (это штаны и рубашка-поло) мы заплатили более 4 тыс. грн, и качество там не самое лучшее, честно говоря.

– Принято ли дарить подарки учителям? Как происходит общение с родителями?

– Как такового постоянного правила не существует – никто не сдает деньги на одеяла или сертификаты. Но я всегда спрашиваю у воспитателей и руководства учреждения, поскольку не знаю точно, какие традиции существуют в этом регионе. Они вежливо отвечают, что "все по нашему желанию и необходимости в этом, в общем-то, нет". Однако я все равно стараюсь делать какие-то небольшие знаки внимания.

Что касается коммуникации: из яслей нам присылали очень много фото и видео. Отдельно можно было пообщаться с владелицей детского сада – она оперативно решала любые вопросы. А уже в детском саду у нас есть специальное приложение, где воспитатели время от времени публикуют отчеты о том, чем занимались с детьми. Через эту же платформу происходит вся связь с руководством и педагогами, а также публикуются общие объявления.

– Трудно ли поступить в учебное заведение в Омане? Большая конкуренция?

– Я уже упоминала, что образование здесь дорогое, поэтому за бюджетные места в университетах идет серьезная конкуренция. Но многие уезжают учиться за границу, потому что в Омане, честно говоря, не так уж и много вузов. Например, мой муж все детство прожил в Абу-Даби (ОАЭ), но получать высшее образование поехал в Индию, потому что там его качество выше.

– Кстати, об Индии. Я обратила внимание, что довольно часто индийские дети попадают в Книгу рекордов Гиннеса. Как ты думаешь, что такого особенного может быть в обучении и воспитании детей в этой стране?

– Выше, пожалуй, и есть ответ на этот вопрос – из-за огромного количества населения (по состоянию на 2026 год в Индии проживает около 1,47 миллиарда человек. – Ред.), им просто нужно быть лучшими, чтобы завоевать себе место в вузе и в жизни в целом. Поэтомудети действительно очень образованы и разносторонне развиты. У них есть университеты, в которые почти невозможно поступить, и никакая коррупция здесь не поможет – главное, знания. Но если ты туда попал, то твоя жизнь уже обеспечена.

– Видела в твоем Instagram, что Дамирчик растет настоящим украинцем: свободно владеет украинским языком, не смотрит российские мультики, знает о войне и четко понимает, кто на кого напал. Как тебе это удалось? Как реагирует муж и его родные? И есть ли вообще в Индии привычка вмешиваться в личную жизнь детей, которые уже создали собственные семьи?

– Для меня было очень важно, чтобы Дамир говорил по-украински. Мои родители не знают английского, а без нормального общения невозможно поддерживать тесную связь с родными. А разве есть что-то важнее в жизни?

Мне повезло, потому что я никогда не была русскоязычной и не понимала, почему украиноязычные люди заставляли себя переходить на русский, чтобы быть в Киеве "как все". Меня, конечно, называли "гуцулкой" и "западенкой", хотя я родилась в полутора часах езды от столицы. В 2014 году меня даже на работу не взяли, потому что я отказалась переходить на русский, поскольку "у них в офисе так общались". Поэтому у меня не было той проблемы, с которой сейчас сталкиваются многие украинцы. Мне было легко полностью отказаться от российского контента после 2022 года. Соответственно, для нашего сына такого языка в информационном пространстве просто не существовало.

Хотя была ситуация, когда моя мама включила "Фиксики" на украинском языке. Сыну очень понравился мультик, и однажды он устроил настоящую истерику, потому что хотел смотреть именно его. Но после моего вопроса, хочет ли он оплачивать ракеты, летящие из России на его двоюродную сестренку, сын все понял. Больше вопросов не возникало. Однако ребенку довольно сложно объяснить, почему другие дети до сих пор смотрят контент на русском – к сожалению, в нашем окружении в Украине такие остались. Дамир четыре месяца ходил в детский сад в моем родном селе: сидел в укрытии, реагировал на минуту молчания, собственными глазами видел ракеты и дроны. Поэтомуон все прекрасно понимает и знает, кто такие к*цапы.

Некоторые упрекают меня в радикализме, но у меня своя правда. Я не хочу, чтобы в нашей жизни было хоть какое-то терпимое отношение к россиянам. Мой муж постоянно говорит мне о "хороших русских", но если даже среди украинцев не все все понимают, то иностранцу тем более трудно объяснить всю глубину этой трагедии.

Мне очень повезло с семьей мужа, потому что они невероятно добрые и открытые люди. Я ни разу не слышала, чтобы они разговаривали с детьми на повышенных тонах. Такой заботы, которую я получаю от них, у некоторых нет даже от родных. Они – мусульмане. Я не приняла их веру, но меня приняли как родную без каких-либо проблем. Так же, как и моя семья приняла моего мужа, поэтому у нас сложился пазл.

Что касается вмешательства в семейные дела, то у мусульман, на мой взгляд, этот вопрос более сбалансирован, хотя они обычно и живут вместе в больших домах. А вот у индусов – тех, кто исповедует индуизм, – там, конечно, мама на первом месте, и нужно делать все, как скажут родители. Их роль чрезвычайно велика в жизни детей. Например, у моего мужа были отношения в течение семи лет, но родители девушки не разрешали им пожениться. А все потому, что он не врач, а она – врач, поэтому он им просто не подходил.

– Когда в семье сочетаются разные менталитеты, подходы к воспитанию детей часто становятся испытанием на прочность. Есть ли что-то, в чем ваши взгляды расходятся больше всего?

– По поводу воспитания сына бывают разногласия, потому что я читаю литературу, стараюсь поступать по-современному, а у мужа свой подход. Но как-то балансируем и находим общие решения. Когда Дамиру еще не было и двух лет, муж все время пытался накормить его мороженым, а сын отказывался. Сейчас ему пять, и теперь у нас история с планшетом: я против любых игр. Хотя ему нужно выполнять домашние учебные задания из детского сада, и, на мой взгляд, таких игр вполне достаточно. Муж же не видит в этом ничего плохого. Может отвести сына на какие-то аттракционы, где нужно убивать монстров, или включить ему "Трансформеров". Я объясняю, что ребенку это еще рано, а муж говорит: "Я на этом вырос – и ничего". Ну, вот так они и живут (смеется).

Но вспомнила о нашем главном разногласии – это отношение к медицине здесь и в Украине. Для мужа слова врача – это закон. Я же читаю работы врачей-доказательной медицины и вижу, какая разница в подходах здесь и там. Сироп от кашля и ингаляции, антибиотики при первом же "чихании"... Я такого для сына никогда не делаю. Муж мне постоянно говорит: "Если ты такая умная, то почему не работаешь врачом?" Однако каждый раз происходит "чудо", и сын выздоравливает без всех этих сиропов, потому что в них и вправду нет необходимости.

– Ты больше за мягкое, ориентированное на ребенка воспитание? Или все же за строгое, с четкой иерархией?

– Я воспринимаю сына прежде всего как личность и человека, а не по принципу "да это же ребенок, что он там понимает". Я всегда его выслушаю. Он может мне сказать: "Мама, подожди, я же первым начал говорить", – и я замолкаю, если действительно его перебила. Я учу его, что добро и уважение к миру и окружающим – это самое главное, и что все мы люди, независимо от возраста, пола или национальности. Учу поступать так, как хочется ему, а не кому-то другому, если это не противоречит нормам или установленным правилам.

Но не все так просто, как кажется, потому что паттерны из моего собственного детства подсознательно дают о себе знать. Период с двух до четырех лет был действительно тяжелым: я могла накричать на него, время от времени вырывалось "сейчас дам по заднице", как мне говорили в детстве, хотя в целом мы воспитываем сына без физических наказаний. Как бы я ни старалась придерживаться мягкого подхода к воспитанию, бывают ситуации, когда он не срабатывает. И тогда на арену выходит "господин стульчик", на котором сын должен посидеть и обдумать, что именно привело его туда, – хотя психологи так поступать и не рекомендуют.

– Существует немало мифов и стереотипов о браках с мужчинами-мусульманами, в частности о строгих ограничениях для женщин. Насколько твой личный опыт отличается от этих предрассудков? Трудно ли строить семью, когда вы выросли в совершенно разных культурах?

– На самом деле я вижу, что у многих национальностей есть некие общие "базовые настройки", поэтому в целом мы мало чем отличаемся. Больше всего наши вкусы расходятся в еде. Мужне может даже смотреть на сельдь, слабосоленый лосось, суши или икру – для него это все сырое, а значит, несъедобное, тогда как я все это обожаю. Я же, со своей стороны, с трудом переношу ароматы индийских специй: что слишком, то вредно. Не могу есть острое, поэтому, когда мы гостим в Индии, свекровь готовит для меня отдельно и даже на кухню не пускает, чтобы я не переутомлялась. Еще одним необычным моментом является то, что на Востоке едят руками. Муж время от времени тоже так делает, и в моей голове это до сих пор укладывается с трудом. Но на самом деле это все мелочи.

Мой муж – мусульманин, однако я ни разу не почувствовала никакого ущемления, о котором иногда говорят в контексте таких браков. Он никогда не употреблял и не употребляет алкоголь, но мне ничего не запрещает. Наоборот, сам подталкивает меня пойти вечером куда-нибудь отдохнуть с подругами.

Из забавного: у него до сих пор глаза становятся огромными, когда я предлагаю подарить кому-то деньги на праздник. В их культуре считается, что деньги дарят только ну очень бедным людям! А еще он спокойно может принести мне четное количество цветов, перевязанных черной лентой – у них просто нет наших предрассудков. Сейчас я к этому уже привыкла, но сначала очень смеялась!

Вторую часть интервью с Анной Налакат читайте на OBOZ.UA на следующей неделе.

Также на OBOZ.UA – беседа с украинкой о дошкольном образовании в Чехии: детские сады работают с 06:00, детей воспитывают в духе свободы, а за хорошее поведение дают конфетку.

Только проверенная информация у нас в Telegram-канале OBOZ.UA и в Viber. Не ведитесь на фейки!